Копия с портала medizvestiya.ru По-моему, весьма любопытно, особенно если учесть, что аналогичное исследование компании Phizer - TNT (Treating to New Targets 2000-2005) не выявило снижения общей смертности на фоне лечения статинами. Напомним, что в исследовании TNT было установлено снижение смертности от ССЗ на 30% (в среднем), зато обнаружился рост смертности от всех причин, что свело конечный результат использования статинов (липримара) почти к нулю. В исследовании ЮПИТЕР, наооборот, было продемонстрировано снижение общей смертности, причем весьма существенное.
medizvestiya.ru США - Очень масштабное клиническое исследование, 2008 JUPITER, призванное доказать снижение смертности у принимающих статины для первичной профилактики и охватившее 75% населения США, употребляющего эти препараты, прошло с такими серьезными замечаниями, что едва ли выдерживает критику.
В первом критическом заявлении по поводу 2008 JUPITER*, д-р Michel de Lorgeril из Университета Джозефа Фурье и Национального центра научных исследований, Гренобль, Франция, и его коллеги проанализировали методы и результаты данного исключительно крупного исследования где утверждаеться, что розувастатин показал явное снижение смертности у пациентов с низким уровнем сердечно-сосудистого риска, у которых небыло доказательств ишемической болезни сердца. Эти необоснованные выводы, сразу же вызвавшие споры, "несомненно подтолкнули многих здоровых людей, без повышенного уровня холестерина, на долгосрочную терапию статинами", -- говорит д-р de Lorgeril.
*Justification for the Use of Statins in Primary Prevention -- Обоснование использования статинов в первичной профилактике.
Первым среди основных недостатков JUPITER назвали его раннее завершение и, видимо, без должного обоснования в соответствии с спредписаниями собственного же протокола исследования. д-р de Lorgeril и его соратники раскритиковали досрочное окончание, финансирование, в основном, за счет коммерческих организаций, тенденцию к навязыванию предубеждений, преувеличивающих преимущества и прикрывающих долгосрочные последствия лечения. Они также предположили, что исследование было прекращено как только кривые смертности между группой принимающих статины и контрольной группой начали сходиться, "указывая, что существенные различия между группами, возможно, исчезли бы", если исследование не было прекращено преждевременно, пишут они.
Главным предлогом для прекращения JUPITER было "недвусмысленное снижение сердечно-сосудистой смертности" при терапии статинами. Тем не менее, в опубликованном докладе авторы JUPITER не называют данные по сердечно-сосудистой смертности. Читатели должны сделать заключение об этих результатах путем экстраполяции данных с таблиц. При тщательном изучении, однако, данные показывают идентичную сердечно-сосудистую смертность между исследуемыми группами.
суббота, 18 сентября 2010 г.
среда, 11 августа 2010 г.
Врачи общей практики и кардиологи по-разному диагностируют и лечат ХСН
Eur J Heart Fail. 2003 Jun;5(3):337-44.
Differences between general practitioners and cardiologists in diagnosis and management of heart failure: a survey in every-day practice.
Rutten FH, Grobbee DE, Hoes AW.
Utrecht Heart Failure Organisation (UHFO), Julius Center for Health Sciences and Primary Care, University Medical Center Utrecht, P.O. Box 85500, Stratenum 6.101, 3508 AB Utrecht, The Netherlands. f.h.rutten@med.uu.nl
Eur J Сердце Fail. июня 2003; 5 (3) :337-44.
Различия между врачами общей практики и кардиологов по диагностике и управления сердечной недостаточности: обзор в повседневной практике.
Рюттен FH, Grobbee DE, Hoes AW.
Differences between general practitioners and cardiologists in diagnosis and management of heart failure: a survey in every-day practice. Eur J Heart Fail. 2003 Jun;5(3):337-44.
Врачи общей практики и кардиологи сталкиваются с различным контингентом пациентов с ХСН. В общей практике женщины встречаются гороздо чаще, чем в кардиологической клинике, средний возраст пациентов выше, пациенты у кардиологов получают больше медикаментов. Чистые кардиологические подходы требуют корректировки при использовании в общей практике.
ИСТОРИЯ: Данные по диагностике и лечению сердечной недостаточности в повседневной помощи не хватает. Цели: сравнить врачей общей практики и кардиологов, "диагностических работы и ведения пациентов с (предположительно) сердечной недостаточности. МЕТОДЫ: В перекрестного обследования, мы изучали выборку из 103 больных файлы закодированы как сердечная недостаточность в первичной медико-(31 общей практики), и 99 файлов амбулаторных закодированы как сердечная недостаточность с 9 больниц в Нидерландах. Мы определили пациентов, сердечная недостаточность "пациентов GP", когда они находятся в ведении общей практики без совместного лечения врач-кардиолог. Результаты: Пациенты, управляемых общей практики были старше (средний возраст 79 лет (SD 8.5) и чаще, чем женщины "кардиологического пациента" (средний возраст 64 лет (11,7 SD)). Ишемическая болезнь сердца (31 против 57%) является более распространенных в "кардиологии пациентов". Дополнительные исследования, такие как рентгенография грудной (51% против 84%), электрокардиография (39% против 100%), и (Доплера) эхокардиография (12% против 97%) были выполнены чаще в "кардиологии пациентов". Большинство пациентов получили мочегонные средства (85% vs.79%). Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (40% против 76%), бета-блокаторы (9% против 30%), спиронолактон (11% против 32%), и ангиотензина-II-антагонисты (6% против 13%) были назначены гораздо чаще "кардиологического пациента". ВЫВОД: Врачи общей практики чаще всего относятся пожилые люди, у пациенток с сердечной недостаточностью, чем кардиологи. Терапевты используют меньше дополнительные исследования и назначит менее потенциально полезные препараты, по сравнению с кардиологами. Население характеристики лишь частично объяснить эти различия, предполагая, что отношение врача имеет большое влияние на поглощение лечения.
Differences between general practitioners and cardiologists in diagnosis and management of heart failure: a survey in every-day practice.
Rutten FH, Grobbee DE, Hoes AW.
Utrecht Heart Failure Organisation (UHFO), Julius Center for Health Sciences and Primary Care, University Medical Center Utrecht, P.O. Box 85500, Stratenum 6.101, 3508 AB Utrecht, The Netherlands. f.h.rutten@med.uu.nl
Eur J Сердце Fail. июня 2003; 5 (3) :337-44.
Различия между врачами общей практики и кардиологов по диагностике и управления сердечной недостаточности: обзор в повседневной практике.
Рюттен FH, Grobbee DE, Hoes AW.
Differences between general practitioners and cardiologists in diagnosis and management of heart failure: a survey in every-day practice. Eur J Heart Fail. 2003 Jun;5(3):337-44.
Врачи общей практики и кардиологи сталкиваются с различным контингентом пациентов с ХСН. В общей практике женщины встречаются гороздо чаще, чем в кардиологической клинике, средний возраст пациентов выше, пациенты у кардиологов получают больше медикаментов. Чистые кардиологические подходы требуют корректировки при использовании в общей практике.
ИСТОРИЯ: Данные по диагностике и лечению сердечной недостаточности в повседневной помощи не хватает. Цели: сравнить врачей общей практики и кардиологов, "диагностических работы и ведения пациентов с (предположительно) сердечной недостаточности. МЕТОДЫ: В перекрестного обследования, мы изучали выборку из 103 больных файлы закодированы как сердечная недостаточность в первичной медико-(31 общей практики), и 99 файлов амбулаторных закодированы как сердечная недостаточность с 9 больниц в Нидерландах. Мы определили пациентов, сердечная недостаточность "пациентов GP", когда они находятся в ведении общей практики без совместного лечения врач-кардиолог. Результаты: Пациенты, управляемых общей практики были старше (средний возраст 79 лет (SD 8.5) и чаще, чем женщины "кардиологического пациента" (средний возраст 64 лет (11,7 SD)). Ишемическая болезнь сердца (31 против 57%) является более распространенных в "кардиологии пациентов". Дополнительные исследования, такие как рентгенография грудной (51% против 84%), электрокардиография (39% против 100%), и (Доплера) эхокардиография (12% против 97%) были выполнены чаще в "кардиологии пациентов". Большинство пациентов получили мочегонные средства (85% vs.79%). Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (40% против 76%), бета-блокаторы (9% против 30%), спиронолактон (11% против 32%), и ангиотензина-II-антагонисты (6% против 13%) были назначены гораздо чаще "кардиологического пациента". ВЫВОД: Врачи общей практики чаще всего относятся пожилые люди, у пациенток с сердечной недостаточностью, чем кардиологи. Терапевты используют меньше дополнительные исследования и назначит менее потенциально полезные препараты, по сравнению с кардиологами. Население характеристики лишь частично объяснить эти различия, предполагая, что отношение врача имеет большое влияние на поглощение лечения.
Пациенты с хронической сердечной недостаточностью, в повседневной клинической практике, отличаются от "типичных" пациентов в проспективных исследованиях.
G Ital Cardiol (Rome). 2010 Mar;11(3):233-8.
[Gender differences of at risk patients with overt heart failure in the real world of general practice. Data from the GIPSI (Gestione Integrata Progetto Scompenso in Italia) registry]
[Article in Italian]
Gronda E, Aronica A, Visconti M, Di Malta A, Pini D, Mangiavacchi M, Andreuzzi B, Municinò A, Genovese S, Morenghi E.
U.O. di Cardiologia Clinica, Istituto Clinico Humanitas, IRCCS, Rozzano, MI. edoardo.gronda@multimedica.it
Ital Сердце J. 2003 февраль; 4 (2) :84-91.
Пациенты с хронической сердечной недостаточностью, возникающих в повседневной клинической практике, отличаются от "типичного" пациент поступил в терапевтических исследованиях.
Badano Л.П., Di Lenarda, Беллотти P, MC Альбанезе, Синагра G, Fioretti г..
Группа кардиологии, сердечно-сосудистых науки департамента Санта Мария делла Misericordia больницы, Удине, Италия. lbadan@tin.it
Аннотация
ИСТОРИЯ: Целью данного исследования было сравнить клинические характеристики пациентов, включенных в рандомизированных клинических испытаний в тесной лечения сердечной недостаточности с тех реальных пациентов, возникающих в повседневной клинической практике. МЕТОДЫ: Мы искали методологии Кокрановского обзора, Medline и SilverPlatter баз данных для получения клинических характеристик обоих пациентов, включенных в терапевтических клинических испытаний и реальных пациентах с сердечной недостаточностью. Мы выбрали 27 клинических испытаний, и 8 перспективных эпидемиологических исследований или регистров опубликованные в период между 1987 и 2001 года, который поступил 53859 и 18207 пациентов, соответственно. Результаты: В среднем, по сравнению с реальной пациентов с сердечной недостаточностью, пациентов, включенных в клинические испытания были моложе (63 + / - 10 против 75 + / - 11 лет, соответственно, р <0,0001), а скорее являются представителями мужского пола (72 против 54% соответственно, р <0,0001). пациентов клинических испытаний показали низкий фракцией выброса (26 + / - 7 против 38 + / - 15% соответственно, р <0,0001), но более низкую распространенность функциональных классов NYHA III-IV (62 против 75% соответственно, р <0,0001), чем реальных пациентов. В клинических пациентов суда, распространенность ишемической болезни сердца (67 против 42% соответственно, р <0,0001) и история предыдущих инфаркта миокарда (62 против 42% соответственно, р <0,0001) были выше, чем в реальных пациентов. С другой стороны, распространенность хронической фибрилляции предсердий (12 против 31% соответственно, р <0,0001) и диабета (22 против 24% соответственно, р <0,02) была ниже в суд пациентов, чем в реальных пациентов. ВЫВОДЫ: Полученные данные свидетельствуют, что большинство клинических испытаний застойной сердечной недостаточности, на котором руководящие принципы для клинической практики основаны, как правило включены пациенты, которые не являются репрезентативными для всего спектра пациентов действительно удалось в клинической практике. J Cardiovasc Nurs. 2005 Nov-Dec;20(6):442-50. Reshaping our perception of the typical hospitalized heart failure patient: a gender analysis of data from the ADHERE Heart Failure Registry. Galvao M; ADHERE Scientific Advisory Committee (SAC) Investigators, Coordinators, and Study Group. Marie Galvao, MSN, ANP-C Congestive Heart Failure Program, Division of Cardiology, Montefiore Medical Center, Bronx, NY 10467, USA. mgalvao@montefiore.org Все больше женщин, чем мужчин в Соединенных Штатах госпитализируется с сердечной недостаточностью.Были проанализированы 85 617 госпитализаций по состоянию на октябрь 2003 года, 44 340 (52%) женщин и 41 276 (48%) мужчин включены. Женщины были значительно старше (средний возраст 74,6 + / - 13,7 лет), чем мужчин (средний возраст 70,2 + / - 13,9 лет, P <0,0001). Женщины с большей вероятностью имеют историю гипертензии (75% против 69%, P <0,0001) и систолическое артериальное давление> 140 мм рт.ст. (56% против 44%, P <0,0001). История болезни коронарной артерии была более распространена среди мужчин (64% против 51%, P <0,0001). Другие факторы риска атеросклероза, в том числе курение (17% против 10%, P <0,0001) и гиперлипидемии (37% против 32%, P <0,0001), также чаще встречается у мужчин. Мужчины были значительно ниже средней фракцией выброса левого желудочка (32,9%, N = 30831), чем женщины (42,1%, N = 29744); 51% женщин сохранились функции левого желудочка (ФВ> 40%) по сравнению с лишь 28% мужчин (P <0,0001). При выписке, соблюдение 3 из 4 JCAHO стандартизованных показателей качества медицинской помощи до пациентов остановки сердца были зарегистрированы чаще у мужчин, чем женщин. Значительно меньше доля женщин получили разряда инструкции по управлению диеты, вес и лекарства (30,1% против 32,8%); получены или были запланированы для оценки функции левого желудочка (81,5% против 85,6%), или были уволены с ангиотензин-превращающего фермента рецепт ингибитора в случае необходимости (72,6% против 73,9%). Реальные данные придерживаться реестра может привести к более широкого признания признаки и симптомы сердечной недостаточности у женщин, увеличение доли женщин, поставить правильный диагноз, и может оказать поддержку гендерных соображений в руководящих принципах, сердечной недостаточности.
[Gender differences of at risk patients with overt heart failure in the real world of general practice. Data from the GIPSI (Gestione Integrata Progetto Scompenso in Italia) registry]
[Article in Italian]
Gronda E, Aronica A, Visconti M, Di Malta A, Pini D, Mangiavacchi M, Andreuzzi B, Municinò A, Genovese S, Morenghi E.
U.O. di Cardiologia Clinica, Istituto Clinico Humanitas, IRCCS, Rozzano, MI. edoardo.gronda@multimedica.it
Ital Сердце J. 2003 февраль; 4 (2) :84-91.
Пациенты с хронической сердечной недостаточностью, возникающих в повседневной клинической практике, отличаются от "типичного" пациент поступил в терапевтических исследованиях.
Badano Л.П., Di Lenarda, Беллотти P, MC Альбанезе, Синагра G, Fioretti г..
Группа кардиологии, сердечно-сосудистых науки департамента Санта Мария делла Misericordia больницы, Удине, Италия. lbadan@tin.it
Аннотация
ИСТОРИЯ: Целью данного исследования было сравнить клинические характеристики пациентов, включенных в рандомизированных клинических испытаний в тесной лечения сердечной недостаточности с тех реальных пациентов, возникающих в повседневной клинической практике. МЕТОДЫ: Мы искали методологии Кокрановского обзора, Medline и SilverPlatter баз данных для получения клинических характеристик обоих пациентов, включенных в терапевтических клинических испытаний и реальных пациентах с сердечной недостаточностью. Мы выбрали 27 клинических испытаний, и 8 перспективных эпидемиологических исследований или регистров опубликованные в период между 1987 и 2001 года, который поступил 53859 и 18207 пациентов, соответственно. Результаты: В среднем, по сравнению с реальной пациентов с сердечной недостаточностью, пациентов, включенных в клинические испытания были моложе (63 + / - 10 против 75 + / - 11 лет, соответственно, р <0,0001), а скорее являются представителями мужского пола (72 против 54% соответственно, р <0,0001). пациентов клинических испытаний показали низкий фракцией выброса (26 + / - 7 против 38 + / - 15% соответственно, р <0,0001), но более низкую распространенность функциональных классов NYHA III-IV (62 против 75% соответственно, р <0,0001), чем реальных пациентов. В клинических пациентов суда, распространенность ишемической болезни сердца (67 против 42% соответственно, р <0,0001) и история предыдущих инфаркта миокарда (62 против 42% соответственно, р <0,0001) были выше, чем в реальных пациентов. С другой стороны, распространенность хронической фибрилляции предсердий (12 против 31% соответственно, р <0,0001) и диабета (22 против 24% соответственно, р <0,02) была ниже в суд пациентов, чем в реальных пациентов. ВЫВОДЫ: Полученные данные свидетельствуют, что большинство клинических испытаний застойной сердечной недостаточности, на котором руководящие принципы для клинической практики основаны, как правило включены пациенты, которые не являются репрезентативными для всего спектра пациентов действительно удалось в клинической практике. J Cardiovasc Nurs. 2005 Nov-Dec;20(6):442-50. Reshaping our perception of the typical hospitalized heart failure patient: a gender analysis of data from the ADHERE Heart Failure Registry. Galvao M; ADHERE Scientific Advisory Committee (SAC) Investigators, Coordinators, and Study Group. Marie Galvao, MSN, ANP-C Congestive Heart Failure Program, Division of Cardiology, Montefiore Medical Center, Bronx, NY 10467, USA. mgalvao@montefiore.org Все больше женщин, чем мужчин в Соединенных Штатах госпитализируется с сердечной недостаточностью.Были проанализированы 85 617 госпитализаций по состоянию на октябрь 2003 года, 44 340 (52%) женщин и 41 276 (48%) мужчин включены. Женщины были значительно старше (средний возраст 74,6 + / - 13,7 лет), чем мужчин (средний возраст 70,2 + / - 13,9 лет, P <0,0001). Женщины с большей вероятностью имеют историю гипертензии (75% против 69%, P <0,0001) и систолическое артериальное давление> 140 мм рт.ст. (56% против 44%, P <0,0001). История болезни коронарной артерии была более распространена среди мужчин (64% против 51%, P <0,0001). Другие факторы риска атеросклероза, в том числе курение (17% против 10%, P <0,0001) и гиперлипидемии (37% против 32%, P <0,0001), также чаще встречается у мужчин. Мужчины были значительно ниже средней фракцией выброса левого желудочка (32,9%, N = 30831), чем женщины (42,1%, N = 29744); 51% женщин сохранились функции левого желудочка (ФВ> 40%) по сравнению с лишь 28% мужчин (P <0,0001). При выписке, соблюдение 3 из 4 JCAHO стандартизованных показателей качества медицинской помощи до пациентов остановки сердца были зарегистрированы чаще у мужчин, чем женщин. Значительно меньше доля женщин получили разряда инструкции по управлению диеты, вес и лекарства (30,1% против 32,8%); получены или были запланированы для оценки функции левого желудочка (81,5% против 85,6%), или были уволены с ангиотензин-превращающего фермента рецепт ингибитора в случае необходимости (72,6% против 73,9%). Реальные данные придерживаться реестра может привести к более широкого признания признаки и симптомы сердечной недостаточности у женщин, увеличение доли женщин, поставить правильный диагноз, и может оказать поддержку гендерных соображений в руководящих принципах, сердечной недостаточности.
вторник, 10 августа 2010 г.
Стратификация риска по NT-proBNP
Доказано неблагоприятное прогностическое значение уровня NT-proBNP более 140 пг/мл у детей в возрасте до 2-х лет BNP Levels Predict Outcome in Pediatric Heart Failure Patients: Post-hoc Analysis of the Pediatric Carvedilol Trial. Auerbach SR, Richmond ME, Lamour JM, Blume ED, Addonizio LJ, Shaddy RE, Mahony L, Pahl E, Hsu DT. Circ Heart Fail. 2010 Jun 23. [Epub ahead of print] http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20573993
Преимущественно женские факторы риска при ХСН
Малоподвижный образ жизни является фактором повышенной смертности в женской группе 70-75 лет по сравнению с мужчинами того же возраста. Избыточная масса тела (ИМТ 25.0-29.9) и ожирением ( ИМТ ≥ 30,0) при этом существенно на смертность не влияют (у обоих полов). Body Mass Index and Survival in Men and Women Aged 70 to 75 Flicker L., McCaul K. A., Hankey G J., Jamrozik K., Brown W.J., Byles J.E., Almeida O.P.Journal of the American geriatrics Society; February 2010, 58(2):234–241 http://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.1532-5415.2009.02677.x/full
Но у женщин с ХСН чаще регистрируется АГ и средние значения САД и ДАД выше, чем у мужчин У женщин также в среднем ниже уровень клубочковой почечной фильтрации, реже регистрируется ИБС, ниже значения холестерина и триглицеридов, чаще при диабете регистрируется ХСН. Специально для уточнения гендерных и других популяционных особенностей ХСН итальянские специалисты создали реестр GIPSI, с целью сбора данных от сердечной недостаточности населения управляемых врачами общей практики с упором на гендерные различия. У женщин по сравнению с мужчинами с ХСН САД и ДАД были выше, ниже был уровень клубочковой почечной фильтрации, чаще наблюдалась ХСН при диабете. У мужчин чаще обнаруживалась ИБС, гиперхолестеринемия и гипертриглицеридемия. 757 (475 male, 62.7%) 260 general practitioner's practices; 227 patients (143 male, 63.0%) имели явную ХСН (C/D AHA)
G Ital Cardiol (Rome). 2010 Mar;11(3):233-8.
Gender differences of at risk patients with overt heart failure in the real world of general practice. Data from the GIPSI (Gestione Integrata Progetto Scompenso in Italia) registry]
[Article in Italian
Gronda E, Aronica A, Visconti M, Di Malta A, Pini D, Mangiavacchi M, Andreuzzi B, Municinò A, Genovese S, Morenghi E.
U.O. di Cardiologia Clinica, Istituto Clinico Humanitas, IRCCS, Rozzano, MI. edoardo.gronda@multimedica.it
У женщин чаще регистрируется застойная сердечная недостаточность с сохраненной систолической функцией ЛЖ, в целом они старше. Прогноз у них лучше
Ital Heart J. 2002 Nov;3(11):656-64.
Clinical features and prognosis associated with a preserved left ventricular systolic function in a large cohort of congestive heart failure outpatients managed by cardiologists. Data from the Italian Network on Congestive Heart Failure.
Tarantini L, Faggiano P, Senni M, Lucci D, Bertoli D, Porcu M, Opasich C, Tavazzi L, Maggioni AP.
Department of Cardiology, San Martino Hospital, Belluno, Italy.
Abstract
BACKGROUND: The aim of this study was to evaluate the clinical characteristics, 1-year prognosis and therapeutic approach of heart failure with a preserved left ventricular systolic function in a large multicenter registry of patients referred to specialized heart failure clinics. METHODS: The study population consisted of 5164 outpatients (mean age 62 +/- 12 years, 78.8% male, 28.1% in NYHA functional class III-IV) with an available left ventricular ejection fraction (LVEF) measurement at the initial evaluation for enrollment in the Italian Network on Congestive Heart Failure. A 1-year follow-up was available for 2390 patients. RESULTS: 2859 out of 5164 patients (55.4%) had an LVEF < 35%, 1618 (31.3%) had an LVEF between 35 and 45%, and 687 patients (13.3%) had an LVEF > 45%. Patients with an LVEF > 45% were significantly older, more often female and presented a significantly higher prevalence of a hypertensive etiology, obesity and atrial fibrillation. The severity of the clinical picture, as indicated by a lower prevalence of NYHA class III-IV (17.2 vs 35.6%, p = 0.001) and a third heart sound (14.8 vs 33.5%, p = 0.001), was less in patients with an LVEF > 45%. The therapeutic approach differed significantly, with a larger use of calcium antagonists and beta-blockers in patients with an LVEF > 45%, while ACE-inhibitors, diuretics and digoxin were more often prescribed to those with an impaired LVEF. The 1-year mortality and morbidity (all cause and congestive heart failure worsening hospitalizations) were significantly lower in patients with a preserved left ventricular systolic function compared to those with left ventricular systolic dysfunction (8.9 vs 18.8% for mortality, p = 0.001, and 8.3 vs 16.5% for hospital readmissions due to worsening congestive heart failure, p = 0.001, respectively). CONCLUSIONS: Patients with congestive heart failure and a preserved left ventricular systolic function seem to constitute a distinct population not infrequently presenting even in the clinical setting of specialized heart failure clinics. Further studies are needed to establish a definitive and standardized diagnosis and the most appropriate therapy for congestive heart failure with a normal LVEF.
У мальчиков чаще, чем у девочек, регистрируется высокое САД по мере приближения к взрослой жизни Emergence of Sex Differences in Prevalence of High Systolic Blood Pressure: Analysis of a Longitudinal Adolescent Cohort . Circulation, 114(24):2663-70 http://circ.ahajournals.org/cgi/content/abstract/114/24/2663?maxtoshow=&HITS=10&hits=10&RESULTFORMAT=&fulltext=Emergence+of+sex+differences+in+prevalence+of+high+systolic+blood+pressure%3A+anal&searchid=1&FIRSTINDEX=0&resourcetype=HWCIT
Но у женщин с ХСН чаще регистрируется АГ и средние значения САД и ДАД выше, чем у мужчин У женщин также в среднем ниже уровень клубочковой почечной фильтрации, реже регистрируется ИБС, ниже значения холестерина и триглицеридов, чаще при диабете регистрируется ХСН. Специально для уточнения гендерных и других популяционных особенностей ХСН итальянские специалисты создали реестр GIPSI, с целью сбора данных от сердечной недостаточности населения управляемых врачами общей практики с упором на гендерные различия. У женщин по сравнению с мужчинами с ХСН САД и ДАД были выше, ниже был уровень клубочковой почечной фильтрации, чаще наблюдалась ХСН при диабете. У мужчин чаще обнаруживалась ИБС, гиперхолестеринемия и гипертриглицеридемия. 757 (475 male, 62.7%) 260 general practitioner's practices; 227 patients (143 male, 63.0%) имели явную ХСН (C/D AHA)
G Ital Cardiol (Rome). 2010 Mar;11(3):233-8.
Gender differences of at risk patients with overt heart failure in the real world of general practice. Data from the GIPSI (Gestione Integrata Progetto Scompenso in Italia) registry]
[Article in Italian
Gronda E, Aronica A, Visconti M, Di Malta A, Pini D, Mangiavacchi M, Andreuzzi B, Municinò A, Genovese S, Morenghi E.
U.O. di Cardiologia Clinica, Istituto Clinico Humanitas, IRCCS, Rozzano, MI. edoardo.gronda@multimedica.it
У женщин чаще регистрируется застойная сердечная недостаточность с сохраненной систолической функцией ЛЖ, в целом они старше. Прогноз у них лучше
Ital Heart J. 2002 Nov;3(11):656-64.
Clinical features and prognosis associated with a preserved left ventricular systolic function in a large cohort of congestive heart failure outpatients managed by cardiologists. Data from the Italian Network on Congestive Heart Failure.
Tarantini L, Faggiano P, Senni M, Lucci D, Bertoli D, Porcu M, Opasich C, Tavazzi L, Maggioni AP.
Department of Cardiology, San Martino Hospital, Belluno, Italy.
Abstract
BACKGROUND: The aim of this study was to evaluate the clinical characteristics, 1-year prognosis and therapeutic approach of heart failure with a preserved left ventricular systolic function in a large multicenter registry of patients referred to specialized heart failure clinics. METHODS: The study population consisted of 5164 outpatients (mean age 62 +/- 12 years, 78.8% male, 28.1% in NYHA functional class III-IV) with an available left ventricular ejection fraction (LVEF) measurement at the initial evaluation for enrollment in the Italian Network on Congestive Heart Failure. A 1-year follow-up was available for 2390 patients. RESULTS: 2859 out of 5164 patients (55.4%) had an LVEF < 35%, 1618 (31.3%) had an LVEF between 35 and 45%, and 687 patients (13.3%) had an LVEF > 45%. Patients with an LVEF > 45% were significantly older, more often female and presented a significantly higher prevalence of a hypertensive etiology, obesity and atrial fibrillation. The severity of the clinical picture, as indicated by a lower prevalence of NYHA class III-IV (17.2 vs 35.6%, p = 0.001) and a third heart sound (14.8 vs 33.5%, p = 0.001), was less in patients with an LVEF > 45%. The therapeutic approach differed significantly, with a larger use of calcium antagonists and beta-blockers in patients with an LVEF > 45%, while ACE-inhibitors, diuretics and digoxin were more often prescribed to those with an impaired LVEF. The 1-year mortality and morbidity (all cause and congestive heart failure worsening hospitalizations) were significantly lower in patients with a preserved left ventricular systolic function compared to those with left ventricular systolic dysfunction (8.9 vs 18.8% for mortality, p = 0.001, and 8.3 vs 16.5% for hospital readmissions due to worsening congestive heart failure, p = 0.001, respectively). CONCLUSIONS: Patients with congestive heart failure and a preserved left ventricular systolic function seem to constitute a distinct population not infrequently presenting even in the clinical setting of specialized heart failure clinics. Further studies are needed to establish a definitive and standardized diagnosis and the most appropriate therapy for congestive heart failure with a normal LVEF.
понедельник, 19 июля 2010 г.
Все, что имеет начало - имеет и конец.
Гении Платона и Гегеля прояснили нам смысл Бытия: рождение предполагает смерть, смерть предполагает начало новой жизни. Все новое - хорошо забытое старое. Новое не возникает на пустом месте и всегда содержит в себе следы предшествующих событий. Вся цепочка событий - смена одной производной другой. Материальный мир - производная хаоса, жизнь - производная материального мира, мышление (ВНД) - производная жизни, сознание - производная мышления, самосознание (аутоидентификация) - производная сознания, компьютеры - производная самосознания, выражение и продолжение самих себя (всемирного разума) в математических моделях... похоже на бред шизофреника?
К предыдущему посту - необходимо учитывать теории энтропии и диссипативных структур Ильи Пригожина. Картинка ярче и контрастнее становиться.
К предыдущему посту - необходимо учитывать теории энтропии и диссипативных структур Ильи Пригожина. Картинка ярче и контрастнее становиться.
Стратегия профилактики ССЗ с учетом неравномерности и несогласованности процессов инволюции/эволюции
В течение всего периода жизни человека непрерывно действуют два глобальных процесса: эволюция и инволюция органов и систем. Примеры - вилочковая железа, менструальный цикл (и половое созревание/климакс в общем значении), зубы, волосы и т.д. Можно допустить, что роль процессов возрастной эволюции/инволюции в ССЗ также довольно значима и неоднозначна в разные возрастные периоды жизни индивида. Другое дело, насколько течение этих процессов согласовано. Допустим, что увядание должно начинаться по некой команде одновременно во всех подсистемах органов кровообращения и идти с одинаковой скоростью. Тогда логично предположить, что развитие атеросклероза должно сопровождаться снижением активности вазопрессорных систем (ну например их), снижением потенциала свертывающей системы, ПОЛ, РААС, тканевых регуляторов, цитокинов и т.п. Тогда у индивида риск заработать инфаркт минимален. А если нет? Если, в силу каких-либо обстоятельств скорость развития атеросклероза значительно превышает скорость инволюции РААС? Ответ очевиден: риск ИМ и МИ возрастает в разы. Это в настоящее время не учитывается.
пятница, 12 марта 2010 г.
Массовый скрининг на ССЗ может быть экономически не эффективен
Всеобщая диспансеризация - крайне расточительная процедура. Выделение целевых групп высокого риска среди населения для проведения кардиоскрининга - действительно перспективно. Так что используемые ныне подходы - обследование мужчин 35-55, подростков, дополнительная диспансеризация работающих граждан - оправданы.
Британские исследователи показали, что массовый скрининг на ССЗ может быть экономически не целесообразным и не оправданным в популяционных масштабах, стратегии целевого скрининга целесообразнее и позволяют выявить 84% лиц с высоким риском.
Jill Pell (University of Glasgow, Великобритания) с коллегами сравнили эффективность и экономическую целесообразность различных стратегий профилактического скрининга (моделирование на основе кросс-секционного исследования SHS с участием количеством участников 3921 человек в возрасте 40-74 года. Массовый скрининг позволил выявить все случаи высокого риска ССЗ, для выявления одного лица с высоким риском необходимо скринировать 16 человек, затраты – 370 фунтов стерлингов на выявление 1 случая высокого риска. При целевом скрининге лиц с низким социальным статусом и семейным анамнезом ССЗ можно выявить 84% лиц с высоким риском с затратами 141 фунт стерлинга на 1 выявленный случай высокого риска.
Heart 2010; 96: 208–212.
Heart 2010; 96: 208–212.
пятница, 1 января 2010 г.
Прямое внушение (гипноз) играет важную роль в эфективности социальных сетей
Наконец-то я обнаружил сообщение на тему использования директивной психотерапии (гипноза) в работе социальных сетей.Хорошо это или плохо? Другой вопрос. В некоторых случаях - безусловно хорошо. Например, в моей сфере интересов - профилактике застойной сердечной недостаточности у женщин. Известно, что лучшей вторичной профилактикой этого заболевания является систематическое лечение. А лучшим способом заставить человека систематически лечиться является прямое внушение. Те женщины, которые посещают наши занятия по профилактике застойной сердечной недостаточности - понимают важность систематического лечения и принимают лекарства ежедневно. Но занятия посещают в среднем до 100 человек ежемесячно, а на территории района обслуживания нашего лечебного центра проживает около 22 000 женщин, из которых не менее 5 000 нуждаются в систематическом лечении сердечной недостаточности, но не лечатся систематически, так как не осознают опасность. Интернет, социальные сети могут в этом помочь.
For who has problems with Russian
At last I have found out the message on a theme of use of directive psychotherapy (hypnosis) in work of social networks.
Well it or is bad? Other question. In certain cases - it is certainly good. For example, in my sphere of interests - preventive maintenance of stagnant warm insufficiency at women. It is known that the best secondary preventive maintenance of this disease is regular treatment. And by the best way to force the person regularly to be treated direct suggestion is.
Those women who visit our employment on preventive maintenance of stagnant warm insufficiency - understand importance of regular treatment and accept medicines daily. But employment visit on the average to 100 persons monthly, and in territory of area of service of our medical centre lives about 22 000 women from whom not less than 5 000 require regular treatment of warm insufficiency, but are not treated regularly as do not realise danger. The Internet, social networks can help with it.
For who has problems with Russian
At last I have found out the message on a theme of use of directive psychotherapy (hypnosis) in work of social networks.
Well it or is bad? Other question. In certain cases - it is certainly good. For example, in my sphere of interests - preventive maintenance of stagnant warm insufficiency at women. It is known that the best secondary preventive maintenance of this disease is regular treatment. And by the best way to force the person regularly to be treated direct suggestion is.
Those women who visit our employment on preventive maintenance of stagnant warm insufficiency - understand importance of regular treatment and accept medicines daily. But employment visit on the average to 100 persons monthly, and in territory of area of service of our medical centre lives about 22 000 women from whom not less than 5 000 require regular treatment of warm insufficiency, but are not treated regularly as do not realise danger. The Internet, social networks can help with it.
четверг, 24 декабря 2009 г.
Квантовая физика и медицина - разноуровневые подходы к биологическим объектам (Вы ничего не слышали про теорию струн и адроны?)
Сегодня по утру обнаружил в своей почте очередное сообщение о прионах.
Решил освежить свои знания о них, пошел по подвернувшимся ссылкам и неожиданно оказался на интернет-порталах, посвященных квантовой механике. И, так как физика - моя первая, еще "домедицинская" любовь (3 года учебы в ЗФТШ при МФТИ с 8-го по 10-й классы с.ш.) - стало интересно протестировать степень собственного невежества в этой сфере.
Про адроны мы еще кое-что слышали, предположим. Про Большой Адронный Коллайдер, например. А вот про теорию струн и ее роль для понимания микромира - лично мне было ничего не известно. А ведь она радикально меняет наши представления о мире в целом. И это - всего лишь одна из множества подобных мировоззренческих концепций относительно мироустройства.
Известно, что общей "теорией всего" занимался Эйнштейн. Полагаю, он был не первым. И не последним, это точно. Известно также, что "теория всего" никогда не будет разработана, так как этого самого "всего" просто не существует. И прежде всех это осознали сами физики - мир не просто дуален - он бесконечноален. "Простая" платоновско-гегелевская диалектика рассматривает мир в полярном. двойном противоречии - "минус" и "плюс". Ан нет, существует неэвклидова геометрия и квантовая физика (и далеко не только они), доказывающие, что кроме плюсов и минусов существуют соседствующие полярности ("минус-в-плюсе", "минус-сбоку-плюса, "подмножество плюсов в минусе", цепочки "минус-плюс-минус-плюс"...)
Надо будет освежить свои знания по квантовой механике... продолжение следует...
Решил освежить свои знания о них, пошел по подвернувшимся ссылкам и неожиданно оказался на интернет-порталах, посвященных квантовой механике. И, так как физика - моя первая, еще "домедицинская" любовь (3 года учебы в ЗФТШ при МФТИ с 8-го по 10-й классы с.ш.) - стало интересно протестировать степень собственного невежества в этой сфере.
Про адроны мы еще кое-что слышали, предположим. Про Большой Адронный Коллайдер, например. А вот про теорию струн и ее роль для понимания микромира - лично мне было ничего не известно. А ведь она радикально меняет наши представления о мире в целом. И это - всего лишь одна из множества подобных мировоззренческих концепций относительно мироустройства.
Известно, что общей "теорией всего" занимался Эйнштейн. Полагаю, он был не первым. И не последним, это точно. Известно также, что "теория всего" никогда не будет разработана, так как этого самого "всего" просто не существует. И прежде всех это осознали сами физики - мир не просто дуален - он бесконечноален. "Простая" платоновско-гегелевская диалектика рассматривает мир в полярном. двойном противоречии - "минус" и "плюс". Ан нет, существует неэвклидова геометрия и квантовая физика (и далеко не только они), доказывающие, что кроме плюсов и минусов существуют соседствующие полярности ("минус-в-плюсе", "минус-сбоку-плюса, "подмножество плюсов в минусе", цепочки "минус-плюс-минус-плюс"...)
Надо будет освежить свои знания по квантовой механике... продолжение следует...
вторник, 22 декабря 2009 г.
Пациенты часто не знают, какие препараты им назначают в стационаре
Краткое резюме интересной статьи на злободневную тему в дайджетсе Physician's First Watch.
Fifty cognitively aware adults (mean age, 54) admitted to a teaching hospital compiled lists of the medications they believed they were prescribed during their admission. Their lists were then compared with the inpatient medication records. Among the findings:
[Editor's note: This study has been released from embargo but has not yet been posted. Our link is to the Journal of Hospital Medicine's early-release page, where the article will appear shortly.]
С одной строны, доктора не считают необходимым сообщать пациентам, чем они их лечат в больнице, и какие препараты они рекомендуют принимать пациетам после выписки (мол, все будет указано в выписном эпикризе), с другой - сами пациенты тоже мало интересуются, чем их лечат или собираются лечить. В результате нередко нарушается преемственность в лечении пациентов на этапах стационар-поликлиника.
Результаты исследования грустные. В среднем один из 7 рекомендованных к приему препаратов пациенты не принимают вообще, чаще всего при этом выпадает анальгетик либо сердечно-сосудистый либо гастроинтестинальный препарат из рекомендованного перечня, половина пациентов были уверены в приеме препаратов, которые в действительности им не были назначены. Кто владеет english - читайте сами.
Patients Often Don't Know Which Drugs They're Prescribed in the Hospital
Patients are often unaware of which medications they're taking while in the hospital, according to a pilot study published online in the Journal of Hospital Medicine.Fifty cognitively aware adults (mean age, 54) admitted to a teaching hospital compiled lists of the medications they believed they were prescribed during their admission. Their lists were then compared with the inpatient medication records. Among the findings:
- Nearly all patients left at least one prescribed medication off their list (average number of medications omitted, 7).
- The most commonly omitted medications included analgesics, gastrointestinal drugs, antibiotics, and cardiovascular drugs.
- Almost half of patients thought they were receiving a medication they were not prescribed.
[Editor's note: This study has been released from embargo but has not yet been posted. Our link is to the Journal of Hospital Medicine's early-release page, where the article will appear shortly.]
Journal of Hospital Medicine early-release page (Free)
А вот и Brief Report самой статьи в журнале Journal of Hospital Medicine
А вот и Brief Report самой статьи в журнале Journal of Hospital Medicine
*Correspondence to Ethan Cumbler, Mail Stop F782, 12401 East 17th Ave, Aurora, CO 80045 Disclosure: Dr. Cumbler, Dr. Kutner, and Dr. Wald have no relevant conflicts of interest for this manuscript.Telephone: 720-848-4289; Fax: 720-848-4293 Dr. Cumbler has no commercial interest relevant to this manuscript, has full access to all of the data in the study, and takes responsibility for the integrity of the data and the accuracy of the data analysis. Funded by:  University of Colorado Hospital Clinical Excellence Grant
There have been some ambitious attempts to improve patient education regarding hospital medications and involve selected patients in the medication administration process. Such initiatives may result in increased patient participation and satisfaction.[4-7] There is also potential that increased patient knowledge of their hospital medications could promote the goal of medication safety, as the actively involved patient may be able to catch medication errors in the hospital. Knowledge of prescribed medications is a prerequisite to patient involvement in prevention of inpatient medication errors and yet there is little research on patient knowledge of their hospital medications. Furthermore, as the experience of hospitalization may be disorienting and disempowering for patients, it remains to be seen if patient attitudes toward participation in inpatient medication safety are favorable. To that end, we conducted a pilot study in which we assessed current patient awareness of their in-hospital medications and surveyed attitudes toward increased patient knowledge of hospital medications. After consenting to participate, study patients completed a structured list of their outpatient medications and a survey of attitudes about being shown their in-hospital medications, hospital medication errors, and patient involvement in hospital safety. They then completed a list of the medications they believed to be prescribed to them in the hospital. The primary outcomes were the proportions of as needed (PRN), scheduled, and total hospital medications omitted by the patient, compared to the inpatient medication administration record (MAR) (patient errors of omission). Secondary outcomes included the number of in-hospital medications listed by the patient that did not appear on the inpatient MAR (patient errors of commission), as well as patient attitudes measured on a 5-point Likert scale (1 indicated  strongly disagree and 5 indicated strongly agree). Descriptive data included age, race, gender, and number of inpatient medications prescribed. Separate analysis of variance (ANOVA) models provided mean estimates of the primary outcomes and tested differences according to each of the patient characteristics: age in years (<65 or  65), self-reported knowledge of hospital medications, and self-reported desire to be involved in medication safety. Similar ANOVA models adjusted for number of medications were also examined to determine whether the relationship between the primary outcomes according to patient characteristics were altered by the number of medications. The protocol was approved by the Colorado Multiple Institutional Review Board.Participants averaged 54 years of age (standard deviation [SD] = 17, range = 21-89). Forty-six percent (23/50) were male, and 74% (37/50) were non-Hispanic white. Using a structured, patient-completed, outpatient medication list, patients in the study were on an average of 5.3 outpatient prescription medications (range = 0-17), 2.2 over-the-counter medications (range = 0-8), and 0.2 herbal medications (range = 0-7). The admitting physician's medication reconciliation list demonstrated similar number of outpatient prescription medications (average = 5.7) to the patient-generated list. Fifty-four percent of patient-completed home medication lists included all of the prescription medications on the physician's medication reconciliation at admission. According to the inpatient MAR, study patients were prescribed an average of 11.3 scheduled and PRN hospital medications (range = 2-26) at time of study enrollment. Ninety-six percent (48/50) of study patients omitted 1 or more of their hospital medications. On average, patients omitted 6.8 medications (range = 0-22) (Table 1). Among scheduled medications, patients most commonly omitted antibiotics (17%), cardiovascular medications (16%), and antithrombotics (15%) (Figure 1). Among PRN medications, patients most commonly omitted analgesics (33%) and gastrointestinal medications (29%) (Figure 2).
Patients less than 65 years omitted 60% of their PRN medications whereas patients greater than 65 years omitted 88% (P = 0.01). This difference remained even after adjustment for number of medications. There were no significant differences, based on age, in ability to name scheduled or total medications. Forty-four percent of patients (22/50) believed they were receiving a medication in the hospital that was not actually prescribed. Only 28% (14/50) of patients reported having seen their hospital medication list, although 78% (39/50) favored being given such a list, and 81% (39/48) reported that this would improve their satisfaction with care. Ninety percent (45/50) wanted to review their hospital medication list for accuracy and 94% (47/50) felt patient participation in reviewing hospital medications had potential to reduce errors. No associations were found between self-reported knowledge of hospital medications or self-reported desire to be involved in medication safety and the proportion of PRN, scheduled, or total medications omitted. We posit that without systematically educating patients about their hospital medications, significant deficits in patient knowledge are inevitable. Some might argue that patients should not be asked to know their hospital medications or identify medication errors while sick and vulnerable. Certainly with multiple medication changes, formulary substitutions, and frequent modifications based on changes in clinical status, inpatient medication education could be time consuming and potentially introduce patient confusion or anxiety. Incorrect patient feedback could have potential to introduce new errors. An educational program might use graded participation based on patient interest and ability. Models for this exist in the literature, even extending to patient medication self-administration.[5-7] In our sample of inpatients, the majority desired a more active role in learning about their hospital medications and believed that their involvement might prevent hospital medication errors from occurring. Medication literacy, education, and active patient involvement in medication monitoring as a means to improve patient outcomes has received significant attention in the outpatient setting, with lessons applicable to the hospital.[8][9] More broadly, the Joint Commission has established a Hospital National Patient Safety Goal to encourage patients' active involvement in their own care as a patient safety strategy.[10] Examples set forth by the Joint Commission include involving patients in infection control measures, marking of procedural sites, and reporting of safety concerns relating to treatment.While this study identifies patient knowledge deficit as a barrier to utilizing patients as part of the hospital medication safety process, it does not test whether reducing this knowledge deficit would actually reduce medication error. Our study population was limited to cognitively intact adult medicine patients at a single institution, limiting the generalizability of our conclusions. Our enrollment process may have resulted in a study population with less serious illness, greater knowledge of their hospital medications, and greater interest in participating in medication safety potentially overestimating patient knowledge of hospital medications. Finally, our small sample size limits the power to find differences in study comparisons. Our findings are striking in that we found significant deficits in patient understanding of their hospital medications even among patients who believed they knew, or desired to know, what is being prescribed to them in the hospital. Without a system to incorporate the patient into hospital medication management, these patients will be disenfranchised from participating in inpatient medication safety. These results are a call to reexamine how we educate and involve patients regarding hospital medications. Mechanisms to allow patients to provide feedback to the medical team on their hospital medications might identify errors or improve patient satisfaction with their care. However, the systems and cultural changes needed to provide education on inpatient medications are considerable. Future research is needed to determine if increasing patient knowledge regarding their hospital medications would reduce medication errors in the inpatient setting and how this could be effectively implemented. Acknowledgements We thank Sue Felton, MA, Professional Research Assistant, for enrolling patients in this trial, and Traci Yamashita, MS, Professional Research Assistant, for statistical analysis.
| |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
среда, 16 декабря 2009 г.
Все отчетливее проявляется связь прогрессии атеросклероза с хроническим воспалением интимы и эндотелия сосудов. Крестор одобрен FDA для назначения при нормальном уровне холестерина и признаках активности воспаления
Пока одобрен только крестор (ЮПИТЕР виноват!). Полагаю. за остальными статинами дело не станет.
FDA Advisers Recommend Expanding Crestor to Patients Without High Cholesterol
The panel's recommendation was based on last year's JUPITER trial, in which rosuvastatin cut cardiovascular risk in patients with normal LDL cholesterol but high C-reactive protein levels.
The manufacturer said it "would focus on marketing the drug to patients with health issues that put them at increased risk of heart problems, such as a smoking habit or family history of hypertension," the AP reports.
The FDA is expected to make its decision in early 2010.
Associated Press story (Free)
вторник, 15 декабря 2009 г.
Надо пересмотреть отношение к депрессии как фактору риска ССЗ
По крайней мере, трициклические антидепрессанты не снижают смертность от ССЗ, риск геморрагического инсульта возростает на 45%, смертность от всех причин - также растет на фоне длительного использования антидепрессантов.
Перевод статьи и заметки - позднее.
Antidepressant use is associated with increased risk for stroke and all-cause mortality among postmenopausal women, Archives of Internal Medicine reports.
Researchers prospectively followed, for about 6 years, some 136,000 Women's Health Initiative participants who weren't using antidepressants at baseline. They compared cardiovascular outcomes between women who started using antidepressants during follow-up (4%) and those who did not.
Among the findings:
The authors caution that their findings "must be placed in the context of the observational nature of these analyses ... and the known risks associated with depression."
Перевод статьи и заметки - позднее.
Antidepressants Linked to Higher Risk for Stroke, Death Among Postmenopausal Women
Researchers prospectively followed, for about 6 years, some 136,000 Women's Health Initiative participants who weren't using antidepressants at baseline. They compared cardiovascular outcomes between women who started using antidepressants during follow-up (4%) and those who did not.
Among the findings:
- Antidepressants were not associated with coronary heart disease.
- SSRIs were associated with a 45% increase in stroke risk, largely due to an increase in hemorrhagic stroke (consistent with SSRI's antiplatelet effects, the authors note).
- SSRIs and tricyclic antidepressants conferred higher risk for all-cause mortality.
The authors caution that their findings "must be placed in the context of the observational nature of these analyses ... and the known risks associated with depression."
Archives of Internal Medicine article (Free abstract; full text requires subscription)
Archives of Internal Medicine commentary (Subscription required)
пятница, 4 декабря 2009 г.
Видео от Медицинского журнала Новой Англии - лодыжечно-плечевой индекс
Пероральные сахароснижающие препараты неравнозначны по влиянию на риск ИМ и других серьезных осложнений ИБС.
Дьявольски интересное сообщение. Переведу позднее. Пока читайте на английском. Полный текст статьи по ссылке
Objective To investigate the risk of incident myocardial infarction, congestive heart failure, and all cause mortality associated with prescription of oral antidiabetes drugs.
Published 3 December 2009, doi:10.1136/bmj.b4731
Cite this as: BMJ 2009;339:b4731
Cite this as: BMJ 2009;339:b4731
Research
Risk of cardiovascular disease and all cause mortality among patients with type 2 diabetes prescribed oral antidiabetes drugs: retrospective cohort study using UK general practice research database
Ioanna Tzoulaki, lecturer1, Mariam Molokhia, senior lecturer2, Vasa Curcin,research associate3, Mark P Little, reader1, Christopher J Millett, senior lecturer in public health4, Anthea Ng, research associate4, Robert I Hughes,research associate5, Kamlesh Khunti, professor6, Martin R Wilkins,professor5, Azeem Majeed, professor4, Paul Elliott, professor1,7
1 Department of Epidemiology and Public Health, Faculty of Medicine, Imperial College London, London W2 1PG, 2 Department of Epidemiology and Population Health, London School of Hygiene and Tropical Medicine, London,3 Department of Computing, Imperial College London, London,, 4 Department of Primary Care and Social Medicine, Imperial College London, London, 5Department of Experimental Medicine and Toxicology, Imperial College London, London, 6 Department of Health Sciences, University of Leicester, Leicester, 7 MRC-HPA Centre for Environment and Health, London
Correspondence to: P Elliott p.elliott@imperial.ac.uk
Design Retrospective cohort study.
Setting UK general practice research database, 1990-2005.
Participants 91 521 people with diabetes.
Main outcome measures Incident myocardial infarction, congestive heart failure, and all cause mortality. Person time intervals for drug treatment were categorised by drug class, excluding non-drug intervals and intervals for insulin.
Results 3588 incident cases of myocardial infarction, 6900 of congestive heart failure, and 18 548 deaths occurred. Compared with metformin, monotherapy with first or second generation sulphonylureas was associated with a significant 24% to 61% excess risk for all cause mortality (P<0.001) and second generation sulphonylureas with an 18% to 30% excess risk forcongestive heart failure (P=0.01 and P<0.001). The thiazolidinediones were not associated with risk of myocardial infarction; pioglitazone was associated with a significant 31% to 39% lower risk of all cause mortality (P=0.02 to P<0.001) compared with metformin. Among the thiazolidinediones, rosiglitazone was associated with a 34% to 41% higher risk of all cause mortality (P=0.14 to P=0.01) compared with pioglitazone. A large number of potential confounders were accounted for in the study; however, the possibility of residual confounding or confounding by indication (differences in prognostic factors between drug groups) cannot be excluded.
Conclusions Our findings suggest a relatively unfavourable risk profile of sulphonylureas compared with metformin for all outcomes examined. Pioglitazone was associated with reduced all cause mortality compared with metformin. Pioglitazone also had a favourable risk profile compared with rosiglitazone; although this requires replication in other studies, it may have implications for prescribing within this class of drugs.
А вот и перевод поспел...
Риск развития осложений ССЗ и смертности от всех причин у пациентов с сахарным диабетом 2 типа на фоне приема пероральных сахароснижающих препаратов: ретроспективное когортное исследование данных общеврачебной практики в Соединенном Королевстве (Великобритания).
Иоанна Цулаки, Мариам Молокаи, Ваза Курцин и др.
Департамент эпидемиологии и общественного здравоохранения, медицинский факультет, Имперский колледж, Лондон
Цель исследования: изучение рисков развития ИМ, застойной сердечной недостаточности и смерти от всех причин в зависимости от назначения перорального сахароснижающего препарата.
Дизайн: ретроспективное когортное исследование
Источник сведений: национальная база данных общеврачебной практики в Соединенном Королевстве (Великобритания), период 1990-2005 гг.
Общее число пациентов, включенных в исследование: 91 521 больной с сахарным диабетом 2 типа
Основные критерии оценки результатов лечения ("конечные точки"): случаи ИМ, случаи развития застойной сердечной недостаточности, случаи смерти от всех причин
Результаты: в исследуемой популяции было зарегистрировано 3 588 случаев ИМ, 6 900 случаев развития застойной сердечной недостаточности и 18 548 случаев смерти. В сравнении с терапией метформином отмечено достоверное увеличение числа случаев смерти от всех причин на фоне монотерпии препаратами сульфонилмочевины первой и второй генерации (с 24% до 61%; р<0.001), а также увеличение числа случаев развития застойной сердечной недостаточности на фоне монотерапии препаратами сульфонилмочевины второго поколения (с 18% до 30%; p<0.001). Назанчение тиазолидиндионов не ассоциировалось с увеличением числа случаев ИМ; пиоглитазон достоверно снижал риск смерти от всех причин в сравнении с назначением метформина (31% и 39% соответственно, р<0.001). В группе тиазолидиндионов розиглитазон ассоциировался с более высоким уровнем смертности от всех причин в сравнении с пиоглитазоном (41% и 34% соответственно, р= 0,01 и р=0,14). В исследовнии учитывалось большое количество ко-факторов, влияющих на исходы заболеваний, что не позволило исключить их значение для результатов исследования.
Выводы: исследование показало относительно низкую эффективность использования препаратов сульфонилмочевины в сравнении с метформином в отношении всех учтенных неблагоприятных исходов ССЗ при диабете 2. Пиоглитазон ассоциировался со снижением смертности в сравнении с назначением метформина. Пиоглитазон также имел лучший рисковый профиль в сравнении розиглитазоном, что требует проведения дополнительных уточняющих исследований перед его признанием в качестве приоритетного препарата для предупреждения осложнений ССЗ при сахарном диабете 2 типа.
Примечание: торговые наименования метформина (международное непатентованное название) - Багомет®, Глиминфор, Глиформин, Глюкофаж®, Диаформин, Метоспанин, Метфогамма®, Метформин, Метформина гидрохлорид, НовоФормин, Сиофор®, Форметин, Формин Плива.
Напомним, что метформин - единственный разрешенный в РФ препарат из группы бигуанидов (препаратов, препятствующих развитию гипергликемии, но не снижающих уровень сахара в крови и не стимулирующих секрецию инсулина)
Производные сульфонилмочевины первого поколения (карбутамид, толбутамид, хлорпропамид, толазамид) в настоящее время практически не используются; производные сульфонилмочевины второго поколения ( гликвидон , гликлазид , глибенкламид , глипизид , глимепирид ), напротив, используются в РФ очень широко.
Тиазолиндионы, они же - глитазоны (пиоглитазон, росиглитазон) стимулируют рецепторы, расположенные в ядрах клеток жировой и мышечной ткани. При их активации изменяется транскрипция генов, регулирующих метаболизм глюкозы и липидов. В результате периферические ткани организма более эффективно отвечают на эндогенный инсулин.
Очень любопытная ссылка по истории одного из тиазолиндионов-глитазонов
Розиглитазон: история с продолжением
Великолепная статья (все о сахароснижающих пероральных препаратах)
ПЕРОРАЛЬНЫЕ САХАРОСНИЖАЮЩИЕ ПРЕПАРАТЫВ ЛЕЧЕНИИ САХАРНОГО ДИАБЕТА ТИПА 2
А вот и перевод поспел...
Риск развития осложений ССЗ и смертности от всех причин у пациентов с сахарным диабетом 2 типа на фоне приема пероральных сахароснижающих препаратов: ретроспективное когортное исследование данных общеврачебной практики в Соединенном Королевстве (Великобритания).
Иоанна Цулаки, Мариам Молокаи, Ваза Курцин и др.
Департамент эпидемиологии и общественного здравоохранения, медицинский факультет, Имперский колледж, Лондон
Цель исследования: изучение рисков развития ИМ, застойной сердечной недостаточности и смерти от всех причин в зависимости от назначения перорального сахароснижающего препарата.
Дизайн: ретроспективное когортное исследование
Источник сведений: национальная база данных общеврачебной практики в Соединенном Королевстве (Великобритания), период 1990-2005 гг.
Общее число пациентов, включенных в исследование: 91 521 больной с сахарным диабетом 2 типа
Основные критерии оценки результатов лечения ("конечные точки"): случаи ИМ, случаи развития застойной сердечной недостаточности, случаи смерти от всех причин
Результаты: в исследуемой популяции было зарегистрировано 3 588 случаев ИМ, 6 900 случаев развития застойной сердечной недостаточности и 18 548 случаев смерти. В сравнении с терапией метформином отмечено достоверное увеличение числа случаев смерти от всех причин на фоне монотерпии препаратами сульфонилмочевины первой и второй генерации (с 24% до 61%; р<0.001), а также увеличение числа случаев развития застойной сердечной недостаточности на фоне монотерапии препаратами сульфонилмочевины второго поколения (с 18% до 30%; p<0.001). Назанчение тиазолидиндионов не ассоциировалось с увеличением числа случаев ИМ; пиоглитазон достоверно снижал риск смерти от всех причин в сравнении с назначением метформина (31% и 39% соответственно, р<0.001). В группе тиазолидиндионов розиглитазон ассоциировался с более высоким уровнем смертности от всех причин в сравнении с пиоглитазоном (41% и 34% соответственно, р= 0,01 и р=0,14). В исследовнии учитывалось большое количество ко-факторов, влияющих на исходы заболеваний, что не позволило исключить их значение для результатов исследования.
Выводы: исследование показало относительно низкую эффективность использования препаратов сульфонилмочевины в сравнении с метформином в отношении всех учтенных неблагоприятных исходов ССЗ при диабете 2. Пиоглитазон ассоциировался со снижением смертности в сравнении с назначением метформина. Пиоглитазон также имел лучший рисковый профиль в сравнении розиглитазоном, что требует проведения дополнительных уточняющих исследований перед его признанием в качестве приоритетного препарата для предупреждения осложнений ССЗ при сахарном диабете 2 типа.
Примечание: торговые наименования метформина (международное непатентованное название) - Багомет®, Глиминфор, Глиформин, Глюкофаж®, Диаформин, Метоспанин, Метфогамма®, Метформин, Метформина гидрохлорид, НовоФормин, Сиофор®, Форметин, Формин Плива.
Напомним, что метформин - единственный разрешенный в РФ препарат из группы бигуанидов (препаратов, препятствующих развитию гипергликемии, но не снижающих уровень сахара в крови и не стимулирующих секрецию инсулина)
Производные сульфонилмочевины первого поколения (карбутамид, толбутамид, хлорпропамид, толазамид) в настоящее время практически не используются; производные сульфонилмочевины второго поколения ( гликвидон , гликлазид , глибенкламид , глипизид , глимепирид ), напротив, используются в РФ очень широко.
Тиазолиндионы, они же - глитазоны (пиоглитазон, росиглитазон) стимулируют рецепторы, расположенные в ядрах клеток жировой и мышечной ткани. При их активации изменяется транскрипция генов, регулирующих метаболизм глюкозы и липидов. В результате периферические ткани организма более эффективно отвечают на эндогенный инсулин.
Пиоглитазон (Актос, Диаб-норм, Пиоглар) принимается внутрь, 1 раз в сутки независимо от приёма пищи. Начальная доза — 15–30 мг, максимальная суточная — 45 мг, максимальная доза при комбинированной терапии — 30 мг/сут.
Росиглитазон (Авандия, Роглит) принимается внутрь 1-2 раза в сутки независимо от приёма пищи. Начальная доза — 4 мг/сут., максимальная суточная — 8 мг, максимальная доза при комбинированной терапии — 4 мг/сут.Очень любопытная ссылка по истории одного из тиазолиндионов-глитазонов
Розиглитазон: история с продолжением
Великолепная статья (все о сахароснижающих пероральных препаратах)
ПЕРОРАЛЬНЫЕ САХАРОСНИЖАЮЩИЕ ПРЕПАРАТЫ
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
